|
А тем временем где-то на базе томатов...
Яма пять метров глубиной, укрытая паутиной решетки, тусклый свет, просачиваясь сквозь прутья, рисует клетки там, внизу...
Внизу... А что там внизу?
Обитые металлическими листами пол и стены. Пол, к слову, сравнительно чистый. По крайней мере, если прямо на нем заснуть, не будешь чувствовать себя утопающим в чем-то подозрительно мягком. А это уже само по себе утешает.
Внизу... Там, внизу устроились три фигурки. Три фигурки. Два алых огонька, тлеющие точки где-то в районе лица каждой из них. Сигареты? Самокрутки.
- Эй, пацан, дай еще одну, моя все... - говорит сурового вида дядечка, заботливо кладя окурок подальше, в уголок темницы. Ну, ему по душе было бы ближе швырнуть его куда-нибудь наотмашь. Однако он, сопровождаемый укоризненно-обиженным взглядом фигуры номер два, все же соблюдает какие-никакие законы приличия и соблюдения чистоты. Вторая фигура - сравнительно молодая женщина лет (лет тридцати с хвостиком) - удовлетворенно кивает, добившись желаемого результата от фигуры номер один.
Тем временем фигура номер три флегматично, неторопливо копошиться где-то в складках своего мешковатого, длинного одеяния и, наконец, достает еще одну набитую травкой со сладковатым ароматом самокрутку и протягивает фигуре номер один.
Фигура номер два отчаянно протестует:
- Все, хватит! Шестнадцатая за последний час! Я задохнусь сейчас уже... - ее невысокий голос звучит устало и изможденно.
Третья фигура делает невнятное движение плечами. Наверное, паренек собирался дернуть плечами, но поленился. Остановился на половине движения.
Дяденька разочарованно вздохнул:
- Ну, а чего делать-то еще? - буркнул он и закрыл глаза, прислонившись к стене. - И вообще, жрать охота...
- Сейчас уже принесут... Они всегда в этом время с едой приходят... - примирительно вымолвила женщина. - И вообще, не так уж тут и плохо... Они за нами и убирают, и еду носят.. На прошлой неделе даже мне какую-то газету принесли.
И действительно по коридору... там, наверху... зашелестели семенящие шажки.
- О, еду несут! - воодушевленно воскликнул дяденька и вскочил на ноги. - Вовка, вставай...
- Володька, - автоматически поправила женщина.
- Володька, - согласился дяденька.
Третья фигура хранила молчанье.
- Володька... - более призывно промолвил дяденька.
Третья фигурка вскинула голову. Неторопливо так, лениво. Да и вообще парень со стороны казался дауном. Легкая, неизменная, пофигистичная улыбочка на лице, затуманенные глаза, будто бы разум в то время пребывал где-то далеко-далеко... Какой контраст со сосредоточенностью женщины и живой мимикой дяденьки.
- Да? - без особого энтузиазма поинтересовался паренек.
- Еду несут.
- Ага... - уголки его губ чуть дернулись, парень сделал вид, что улыбнулся шире. - Прекрасно.
- Интересно, что будет сегодня? - задала риторический вопрос женщина.
- Не знаю, у них меню небогатое. Хотя и еда действительно неплохая. Хоть всю жизнь тут сиди. И кормят нахаляву, и тепло... И под себя делать не надо - по нужде выводят.
- Там, наверху... все же лучше, - подал голос Володька.
Женщина и дяденька удивленно покосились на паренька. Да, обычно надо потрудиться, чтобы из него слово выбить, а сейчас... Вдруг сам.
- И чем же? - подозрительно осведомилась женщина.
А паренек лишь сверкнул глазами да дернул уголками губ.
Итак, привычный распорядок дня продолжается...
_________________ Ваш Корреспондент трескает себе тридцать гран морфия в день и сидит восемь часов, непостижимый, как говно.
|