|
Аспен с видом заинтересованного созерцателя продолжала смотреть за битвой.
Бедная Брук, - промелькнула быстрая мысль.
И тут вампиресса увидела Деллару, поднимающуюся куда-то к потолку.
И что она там забыла...?
Тут и Аспен увидила люстру. Пока Тень разбивала первую цепь, вампиресса, взмахнула руками на манер крыльев. Из рук мгновенно начали пробиваться кости перепонок, однако остальных превращений не было видно - девушку окутал густой алый дым. Через полминуты из него вылетела небольшая черная летучая мышка.
Аспен-летучая мышь торопливо взмахивая крыльями, взлетела к потолку, рядом с Эари и, вновь перевоплотившись, уселась на обруче железной люстры, из всех сил стараясь сохранять равновесие. Но миг показалось, что вампиресса вот-вот упадет, однако в самый последний момент она успела зацепиться за вторую, еще не разбитую цепь. В голове мелькнул безумный план, и Аспен решила попробовать. Была-не была...
Аспен ухмыльнулась Делларе, в правоей ладони девушки появилась крошечная, сияющая серебром искорка, которая постепенно разрасталась и вскоре заполонила всю ладонь. Аспен вновь ужасно побледнела - мана еще не успела достаточно восстановиться, так что девушка вновь рисковала собственной жизнью... Однако, если повезет, она может быть выживет и даже поможет отряду и себе... Кто знает..
Итак, вампиресса коснулась ладонью, в которой сияние было, до той цепи, за которую она держалась левой рукой. Раздался снежный хруст, и цепь начала покрываться толстым слоем льда, что обычно покрывает озера в самые лютые зимы. Лед был настолько холодным, что вмиг сделал цепь внутри него хрупкой и ломкой, как сухую веточку... Достаточно лишь одного удара...
Аспен вновь измотала себя до состояния обморока... Левая рука, которой она держалась за цепь, и которая, благодаря ее сопротивлению к собственной же магии, не оказалось замурованной в лед, начала слабеть, пальцы - разжиматься... Не в силах более сопротивляться, Аспен разжала пальцы, полетев вниз. О, да... Впереди ее ожидал долгий и увлекательный полет...
_________________ Ваш Корреспондент трескает себе тридцать гран морфия в день и сидит восемь часов, непостижимый, как говно.
|